— И тем не менее…

— Мертвому человеку не нужна вода, а там вода — страшная редкость.

— Ладно, убери его отсюда. И присмотри, чтоб похоронили как следует. — И подумав, добавил: — Чтобы ты наверняка смог найти могилу. Может, его семья захочет забрать тело, хотя насчет этого я сомневаюсь.

Яки в кавалерийской панаме выступил вперед.

— Оро?

— Заплати ему, — сказал начальник. — Вот… я подпишу. Он подписал ордер на оплату, потом глянул на клерка.

— Я подписал, — сказал он, — но будь я проклят, если мне это нравится. Не в том дело, преступник он или нет, но просто нельзя позволять им охотиться на людей и убивать их.

Клерк был циничен.

— За счет этого они живут, эти яки, сэр. Я имею в виду банду, которая болтается возле форта. — Он сделал паузу. — Я часто думал, что их надо завербовать, сэр, вышколить и сделать из них хороших солдат. У них есть способности.

— Кровожадные дикари!

— Некоторые…

Индеец взял свои деньги и повернулся, но тут увидел Дэна Родело. На мгновение они встретились глазами, яки распознал неприязнь во взгляде Дэна и опустил глаза, оглядывая его одежду. Для заключенного — а яки знал, что это заключенный, — тот был одет достаточно хорошо. Новые сапоги были начищены и блестели.

Индеец указал на них.

— Мои! — Он глянул на Родело. — Увидишь. Будут мои.

— Прости, — ответил Родело, — но я выхожу за ограду. Я освобожден.

Родело прошел мимо индейцев и остановился у стола начальника. Что-то подсказывало Дэну, кем был когда-то начальник, и почти инстинктивно он вытянулся по стойке «смирно».

— А, Родело? — начальник пытливо смотрел на него. — Были в армии?

— Так точно, сэр. Пятый кавалерийский, сэр.

К столу подошел клерк с коричневым бумажным мешком и положил его перед Родело. Дэн глянул вниз. В мешке были его вещи, совсем немного. Не говоря ни слова, он разложил их по карманам, потом затянул ремень с револьвером, который принесли вместе с мешком. Начальник вынул из ящика золотую пятидолларовую монету и вручил Дэну.